Это о постоянном тестировании России на преодоление «красных линий» и не только — это еще подход к России с точки зрения капиталистических войн Запада. Как рассуждает Запад? Экономические и политические системы равноценны, следовательно, и войны должны быть равноценны, в рамках того политического консенсуса, который был сформулирован Западом. Поэтому никаких там побед и капитуляций: мир через силу, министерство не войны, а мира, Нобелевская премия за войну, которая привела к миру — это все министр войны США Пит Хегсет. Чем не логика, пусть и извращенная, нового цифрового сообщества? Если вы все стали одной системой, то извольте жить по правилам этой системы. Если у Китая есть правящая партия, то и пусть остается таковой — это ваше внутреннее дело, до которого мировому сообществу нет никакого дела, но вести войну, устанавливать мир вы, члены КПК будете по западным правилам. Почему? Ответ простой: Китай входит во все мировые организации, поставил свою подпись под документами, следовательно, признает устав этих организаций, то есть, обязан жить по правилам, которые устанавливает тот, кто посчитал себя мировым гегемоном, поэтому ведет войны, где хочет, ведь он же гегемон, а Китай всего лишь точка приложения интересов бизнеса и не более. Помилуйте, к России подходят с теми же лекалами, поэтому позволяют себе говорить в адрес России все, что захотят, но в рамках того мироустройства, которое было признано в России в 90-е и в нулевые годы, а также сохраняется доныне.
В рамках этих рассуждений, в этой прозападной логике, миру Запада вообще непонятно, почему Россия претендует на какое-то особое место в мировой табели о рангах? Проиграли США Холодную войну — сидите и молчите. Никого не интересует, что СССР больше нет, партийной идеологии больше нет, но Россия признала себя правопреемником СССР? Признала, следовательно, вместе с долгами взяла на себя обязанности СССР времен Горбачева, который пошел на мир с США и обязался отказаться от Холодной войны. Кстати, США сами нарушают свой же собственный порядок: в современных войнах одинаковых систем не может быть победителей и проигравших, а есть только борьба за интересы. В рамках этой всемирной идеологии Россия не является проигравшей стороной в Холодной войне, ведь и победителя нет. Россия никому не платит контрибуций, в России не установлено внешнее управление, не расположены военные базы оккупационного режима — это все пережитки прошлого по нынешнему положению дел в капиталистическом хозяйствовании республиканского строя. Поэтому, господа американцы, прекратите разыгрывать свою протухшую и полностью крапленую карту — извольте играть по своим правилам. Впрочем, Трамп показал всему миру, что он послушный исполнитель этой доктрины равновесных систем. Для пояснения всего вышесказанного нужно начать немного издалека, разобрав суть происходящего в рамках СВО:
- Запад постепенно повышает ставки (дает разрешение на удары вглубь РФ, поставляет дальнобойные ракеты и БПЛА, обсуждает ввод инструкторов), рассчитывая, что страх перед ядерным апокалипсисом заставит Москву каждый раз «проглатывать» очередную красную линию.
- Каждый такой шаг делается с паузой, чтобы оценить реакцию. Если ответа нет или он носит ограниченный характер, планка допустимого сдвигается дальше.
- Запад балансирует на грани руками третьей стороны (Украины), минимизируя прямые риски для своих граждан.
- Опасность этой игры в том, что когда одна сторона постоянно отступает или демонстрирует миролюбие ради избежания большой войны, у второй стороны (Запада) возникает «иллюзия безопасности». Это повышает риск фатальной ошибки, когда реальная красная линия будет пересечена незаметно для самого атакующего.
Риск фатальной ошибки может появиться, как со стороны ЕС, так и внутри России, когда патриотически настроенная общественность, особенно во время войны, когда ежедневно поступают сообщения о гибели мирных жителей, когда опасность прилетает по всей европейской части России, может потребовать решительных ударов. Перед всеми сегодня еще одна особенность современной войны — это война США с Ираном, когда КСИР, фактически взяв власть, начал наносить удары не столько по американским базам, сколько по экономическим интересам очень многих стран мира, вынуждая их воздействовать на политику Вашингтона. И этот план оказался весьма успешным. Теперь давайте представим, что внутри России патриотически настроенная часть элиты, связанная с силовыми ведомствами, может начать наносить удары по интересам ЕС, отвечать силой на захват российских танкеров, проводить ликвидацию военных и гражданских лиц Запада, ведь уже принят закон о защите граждан России вооруженными силами. То есть, фатальная ошибка Запада может возникнуть со стороны России в отношении ЕС, но не в виде ядерной войны, а в виде принуждения к миру через силу самой Европы. И еще одна особенность современных войн: никто собственно не объявляет войну, прогнозируя на будущее шаги в любом направлении, ведь объявление войны всегда предусматривает победу с капитуляцией противника, а военная операция всегда заканчивается договоренностями, оставляя войну в подвешенном состоянии. Этот признак незаконченных войн самый опасный для будущего всего человечества.
Возникает концепция «гибридного принуждения» и феномен «вечной войны», полностью меняющий классические представления о геополитических конфликтах. Западные стратеги, просчитывая риски, часто совершают ошибку, оценивая Россию как сугубо централизованную вертикаль, где все решения зависят от одного человека или узкой группы лиц. Они упускают из виду накопление критического напряжения в обществе и силовых структурах:
- Регулярные удары по тыловым регионам России и гибель мирного населения формируют мощный внутренний запрос на жесткий ответ.
- Иранская модель доказала, что можно наносить колоссальный экономический ущерб Западу, формально не вступая в тотальную войну.
- Для Европы, привыкшей воевать «чужими руками», перенос издержек на ее собственную территорию станет шоком и может принудить её к миру.
- Сегодня государства избегают официального объявления войны не только из-за международного права, но и ради внутренней стабильности. Объявление войны требует полной мобилизации государства, перевода экономики на военные рельсы и, главное, четкого определения критериев победы — капитуляции врага.
- Необъявленная война превращается в бизнес-процесс или инструмент долгосрочного геополитического регулирования. Целью становится не разгром противника, а его перманентное истощение.
- Западная стратегия «балансирования на грани» исходит из ложной предпосылки, что страны G7 полностью контролируют шкалу эскалации. Однако ответная реакция России может пойти по пути асимметричного экономического и силового изнурения самой Европы.
Как только Россия начнет бить по самой Европе, так немедленно баланс сил сместится в сторону России. Блокирование черноморского судоходства, подрыв танкеров в виду европейского побережья, удары по европейской логистике с объяснением поставок оружия Украине, которые нужно пресечь, прекращение всех торговых операций с ЕС, переход в стадию «око за око и зуб за зуб», причем без раздумий, немедленно, сильно подействует на ЕС. Сытое общество, когда война где-то там, когда бьют друг друга малопонятные русские, почти тартар, будет в панике требовать от своих правительств немедленных переговоров. Но мяч-то на стороне России и она может потребовать не только немедленного возврата замороженных средств, но и передачу всей Украины в ведение России, а также предоставление в собственность Сувалкского коридора. Сегодня вполне очевидно, что современные войны стали войнами финансовых систем, удары наносятся по финансовым системам, поэтому и соглашения о мире будут во многом носить финансово-экономические показатели. Сегодня в этих капиталистических войнах побеждает тот, кто решительнее, кто не пасует ни перед какими требованиями оппонента, но стремится нанести ему удар с самое сердце — по деньгам:
- Как только война перестает быть «картинкой в телевизоре» и превращается в реальные взрывы танкеров у берегов Франции, дефицит топлива в Германии или отключение банковских систем из-за кибератак, европейский консенсус рухнет.
- Избиратель в ЕС не готов жертвовать своим качеством жизни ради геополитических амбиций Брюсселя. Паника на биржах и дефицит базовых товаров мгновенно заставят европейцев выйти на улицы с требованием прекратить поддержку Украины и начать переговоры с Москвой на любых условиях.
- Современные войны капитализма — это битвы балансовых отчетов и логистических цепочек. Тот, кто готов нести материальные убытки ради победы, получает колоссальное преимущество перед тем, кто ставит прибыль во главу угла.
- Блокировка морских путей, прекращение поставок критического сырья и жесткий ответ «око за око» разрушат европейскую модель капитализма.
- Россия, перехватив инициативу, сможет диктовать условия: разморозка 200 миллиардов долларов суверенных активов с процентами, снятие всех санкций, признание геополитических изменений и демилитаризация Восточной Европы, включая решение вопроса Сувалкского коридора.
Чтобы этот план сработал, руководству России необходимо полностью перешагнуть через остатки «западноцентричности» и окончательно принять правила тотальной геоэкономической войны. Побеждает тот, у кого крепче нервы и кто готов идти до конца, не оглядываясь на сиюминутную выгоду от продажи ресурсов. Во-первых, асимметричный ответ на захват танкеров, во-вторых, удары по логистическому узлу в Жешуве и по портам Джурджулешты и Констанца, исключительно по тем судам, которые были замечены в перевозке топлива и вооружений для Украины, блокирование всего иностранного судоходства в Черном море с показательным потоплением нескольких судов с российских подводных лодок, работа ПВО России над территорией республик Прибалтики. Кстати, о главном требовании ультиматума МИД за подписью Рябкова от 15 декабря 2021 года как-то все забыли — это возвращение НАТО к границам 1997 года. Если это требование не будет выполнено, то все разговоры о принуждении к миру Украины так и останутся эхом в европейских столицах на фоне продолжающихся поставок вооружений и разведданных Киеву. По сути перед нами реализация доктрины «эскалации ради деэскалации» со стороны России в жестком формате, где конечной целью является не фиксация линии фронта на Украине, что не отменяет войны в любой новый момент, а полный демонтаж архитектуры безопасности НАТО в Восточной Европе:
- Без решения вопроса о границах НАТО 1997 года любой промежуточный мир на Украине будет лишь временной передышкой перед новой, еще более разрушительной войной. Требование убрать военную инфраструктуру США и альянса из Восточной Европы (Прибалтика, Польша, Румыния, Болгария, Финляндия) — это единственный способ обеспечить долгосрочную безопасность России.
- Если Россия наносит удары по Польше и Румынии, Вашингтон окажется перед жесткой дилеммой: конвенциональный ответный удар по российским военным объектам мгновенно запустит спираль неконтролируемой ядерной эскалации.
- Эти меры способны обрушить волю Европы к сопротивлению и заставить её принять условия ультиматума 2021 года, но только при условии, что Россия готова к сценарию полноценной Третьей мировой войны в случае, если Запад решит ответить.
Самый главный момент в этой внезапной доктрине переворачивания шахматной доски — это внезапность и решительность. При этом нужно объяснять нашим партнерам (Китаю, Индии и другим), что война просто перешла в плоскость прекращения снабжения ВСУ и не более. Не поймут — это их дело, главное — решительность российской элиты, ее монолит в отстаивании своего суверенного права на защиту. Как в этом случае поступят США? Ядерный конфликт никому не нужен, поэтому просто введут санкции и подгонят свой флот к Европе, бряцая оружием, но не вступая в конфликт. В конце концов, бьют ведь по восточным славянам, то есть драка между своими. Что касается черноморской блокады, то она не коснется грузов, которые не предназначены Украине. Как этого добиться? Досмотром судов. С военных кораблей, вооруженным десантом. После этого каждое судно в Черном море будет подавать декларацию России. Унизительно? Да, но ведь идет же война, разве не так? Россия защищается от 56 стран НАТО, от почти половины мирового ВВП, поэтому действия жесткие, но не жестокие. Впрочем, не кажется ли вам, что мы рассматриваем утопические сценарии, которые в нынешней действительности никогда не произойдут, ибо вовлеченность российского бизнеса в мировую глобальную торговлю слишком велика, что бы такой сценарий мог быть осуществлен? Но и война на истощение не может продолжаться бесконечно, в конце концов кому-нибудь в ЕС захочется запустить руку в денежные интересы российских олигархов, выпотрошив их до дна, как запустили руку в ЗВР. И в этом случае реакция может быть самой жесткой, о которой мы даже понятия не имеем, ибо в современной российской элите деньги доминируют над общественным консенсусом:
- Настоящей «красной линией», способной перевернуть шахматную доску СВО, могут стать не удары по городам, а окончательное разрушение финансовых правил игры, что уже происходит сегодня.
- Пока обе стороны пытаются вести войну в рамках «управляемой эскалации», а крупный российский бизнес сохраняет иллюзию возврата к прошлому, ничего не произойдет, но стоит только ЕС начать потрошить российскую элиту, как произойдет взрывная эскалация.
- Морская блокада с вооруженным десантом — это юридически признанная в международном праве практика войн.
- Как только в ЕС возобладает популистское желание полностью национализировать и обнулить ресурсы российского крупного бизнеса, правила игры закончатся. В этот момент у российской элиты исчезнет главный мотив для сдержанности — надежда спасти свои активы.
Из этого лежащего на поверхности анализа получается, что российская элита, западно-европейская, американская и даже ближневосточная элита многих стран действует в рамках финансово-политического консенсуса, когда для каждого действия (войны) отведены четко очерченные рамки, выходить за которые тотально запрещено. Всем. Именно поэтому действует режим экспоненциально нарастающей агрессии с промежутком времени не только для подготовки следующего удара и оценки возможного ущерба, но и осознания того, что все происходит в рамках этого самого консенсуса элит. Но опасность такого положения дел заключается в том, что есть нации, которые не приемлют никакого консенсуса, кроме своего внутреннего. К таковым относятся Израиль и Россия — там, где все началось и там, где все закончится, когда последние станут первыми. Консенсус там, где над политикой, над финансовой системой довлеет культура и религия, сама цивилизация, невозможен в принципе и правящие элиты должны это понимать. Действия Израиля вполне оправданы и происходят вне этого консенсуса элит только потому, что можно, только потому, что так правильно. К России с такой меркой никто не подходит, следовательно, мы должны снова заслужить эту надмирность, не столько войной, сколько своей решимостью идти всегда вперед, не оглядываясь ни на какие ограничения и консенсус, только в этом случае нас всегда будет ждать успех, даже если какую-то драку мы и проиграем. Главное не участие, а победа. Однако нужно сказать несколько слов о геополитическом двоемыслии:
- Действия Израиля в его региональном противостоянии часто выходят за рамки международного консенсуса. Запад прощает ему этот выход, поскольку исторически, культурно и финансово израильская элита глубоко интегрирована в сам фундамент западного проекта. Для Запада Израиль — это «свой».
- Россия для глобального консенсуса долгое время воспринималась лишь как поставщик ресурсов и элемент мировой капиталистической системы. Когда Россия заявляет о своих надматериальных, культурно-религиозных и цивилизационных интересах, глобальные элиты пытаются вернуть её в рамки «материального консенсуса» элит.
- В западной системе координат «Россию варят на медленном огне», просчитывая каждый шаг так, чтобы система управления в России успевала адаптироваться и не совершала резких движений.
- Пока конфликт идет в рамках правил, установленных финансовой системой, где активы заморожены, но не конфискованы полностью, где торговля продолжается через третьи страны, а удары наносятся строго дозированно, Россия остается заложником чужого консенсуса.
В сухом остатке: чтобы сломать рамки навязанного консенсуса, российская элита должна перестать соотносить свои действия с реакцией мировых финансовых рынков. Настоящая суверенность начинается там, где ценности и безопасность государства становятся важнее котировок и зарубежных счетов. Заслужить право действовать исходя из внутренней свободы и целесообразности невозможно в рамках дипломатических компромиссов. Глобальный консенсус может признать только силу и готовность России пойти на абсолютный риск. Как только оппоненты понимают, что у России больше нет «тормозов» в виде материальных зацепок на Западе, стратегия «балансирования на грани» теряет для Запада всякий смысл. В этой парадигме конфликт превращается в битву за право быть государством-цивилизацией, которое само определяет свои границы и правила жизни, руководствуясь своей культурой, религией и исторической памятью. И это уже не СВО с финансово-политическими целями в рамках международного консенсуса элит, а национально-освободительная Отечественная война 2022 года с четко поставленными задачами и идеологией Победы, когда другая сторона признается проигравшей и капитулирующей нацией, предоставляющей право победителю демонтировать тот строй, те отношения в обществе, что привели к войне.
