Это касается, в первую очередь, республики — любой: капиталистической, социалистической, неважно. Политбюро ЦК КПСС — это образ республиканской, коллективной ответственности. СБ РФ в ее нынешнем предложении — то же. В нашем народе давно есть только одна ответственность — первого лица государства. Никто не будет проливать слез по члену коллективного пула управления, но вздохнут о первом лице и вспомнят его свершения не потому, что он безгрешен, а потому, что сделано было немало, еще потому, что неизвестность всегда пугает. Русский писатель и философ Л.А.Тихомиров:
В монархии нация ищет освящения всех проявлений своей сложной жизни подчинением правде. Для этого нужна единоличная власть, потому что только личность имеет совесть, только личность несёт ответ перед Богом. Нужна власть неограниченная, ибо всякое ограничение власти Царя людьми освобождает его от ответа перед совестью и перед Богом. Окружаемый ограничениями, он уже подчинялся бы не правде, а тем или иным интересам, той или иной земной силе.
Россия по своей православной природе монархична и никакой иной быть не может, как бы мы не сопротивлялись неизбежному. Не потому, что Царь априори лучше Генерального секретаря или президента, а потому, что, даже имея Государственный совет, монарх принимает решения единолично и несет ответственность перед Россией, перед нашим народом и перед Богом. Любой руководитель несет ответственность перед Богом, но всегда есть соблазн спрятаться за спинами негодных исполнителей, которые допускают даже саботаж, потому, что такова корпоративная этика, потому, что так правильно, так воспитали в либеральном ключе не только в ВУЗе, но затем на госслужбе те, кто считают Россию своей вотчиной, своим коштом. Но Россия принадлежит Богу и нашему народу, а не российской элите, которая постоянно меняется, поворачивая свою ориентацию с одного направления на другое. Даже в течении одного дня. Так не годиться, это неправильно, опасно, критически неверно. То, что Господь попускает России существовать в этих ипостасях разнонаправленности еще не означает, что этот путь верный, правильный и единственно возможный. В любом случае платить по счетам приходится всем. За все! Всему народу за дела элиты.
Однако есть еще одна позиция из все того же, предреволюционного времени, озвученная многими, разочаровавшимися в русском народе и в России писателями, философами, людьми, претендующими на роль властителей душ. Философ, писатель К. Н. Леонтьев в 1891 году:
Через какие-нибудь полвека, не более, русский народ из народа «богоносца» станет мало-по-малу и сам того не замечая, «народом-богоборцем», и даже скорее всякого другого народа, быть может. Ибо, действительно, он способен во всем доходить до крайностей.
Так и хочется сказать: накося — выкуси, ничего у вас либералов не вышло, хотя вы и видели оскудение веры в нашем народе, но не поняли главного — Россия и русский народ сохранятся до самого последнего момента человеческого сообщества, ибо такова воля Господня. Последние станут первыми. Москва-Третий Рим, а четвертому не бывать. Почему? Больше никого нет. Не мы такие хорошие, что доказывается на примере революции 1917 года, но мы поставлены Богом для исполнения Его воли и смиренно это делаем, как и сто, двести, тысячу лет назад. Нет нам извода, как и нашей вере, русской, православной культуре. В нас сомневались великие люди, подвижники нашей Церкви, но мы выстояли вопреки всем бурям только потому, что мы русские и с нами Бог. Да, никто не заступился за Николая II и всю его семью, никто не сохранил верность клятве Царю, но сохранили в своем сердце огонек православной веры, несмотря ни на что. Ни на какие гонения, казни, репрессии, войны, предательство и прочее, прочее, прочее. Все претерпели, все преодолели, ради России, ради Христа, ради будущего Родины и наших детей. И были оправданы. Где же все эти учителя? Кто-то у Престола Господня, поняв ту истину, которую мы узнали спустя сто лет, а кто-то там, где было уготовано место хулителям России, нашей веры и, главное, нашего народа. Не хулите Бога, Церковь и наш русский народ — опору России. Как и саму Россию.
Мы грешники, но кающиеся, смиренные и верующие — этого вполне достаточно для нашего будущего. И, кстати, крайности не сделали из нас «народа-богоборца» ибо мы не теплохладны, не равнодушны, но смиренны сердцем и всегда готовы придти на помощь: накормить, одеть, посетить, принять. Это же о Страшном Суде. Да, можем судить сами вместо Бога и суд этот бывает страшным, ошибочным, скорым, как в Гражданскую войну, военный коммунизм, коллективизацию и в репрессии. Все было, но в том же 1937 году НКВД сообщало в центр, что рабочие не вышли на работу по причине праздника пасхи — Воскресения Христова. Массово. Никто не осудил. Десять лет били по Церкви, по православию, по русской культуре, выжигая все то, что мешало коммунистам строить их утопическое будущее — не вышло. Более того, в 1991 году, когда не стало СССР, появилась православная, наследующая Российской Империи Романовых Россия. Пусть прозападная, испуганная, мятущаяся, но сильная своей верой — это ли не чудо? И Запад реально испугался — две чеченские компании, парад суверенитетов, теракты и столкновения на этнической почве. Запад пошел в наступление и война 2022 года была уже создана 23 февраля 2014 года, когда победил Майдан Незалежности в Киеве. Пройдет еще восемь лет и один день, что бы началась наша Отечественная война 2022 года за веру, за Россию, за русских.
Не кажется ли нам, что по прошествии четырех лет войны ныне существующее положение, когда США уже де факто стали мировым и единственным лидером, решающим, кому жить, а кому умереть, очень унизительно для России? Сегодня, когда идет война, наши танкеры с нефтью могут захватывать, угрожать экипажу, то есть, производить действия, ущемляющие суверенитет России. Кого могут устроить такие действия США? Никакого, по крайней мере в нашем народе, который сегодня на войне. Почему же тогда мы наблюдаем картинку в розовом, либеральном цвете? Сегодня утверждается, что минские договоренности протухли, а уже завтра происходят новые переговоры на территории Белоруссии? Сегодня утверждается, что нам доллары не нужны, а уже спустя несколько месяцев все начинает возвращаться к прежнему, довоенному курсу? Сегодня утверждается, что в Европу мы можем больше не продать ничего из энергоносителей, а спустя буквально несколько часов эти заявления дезавуируются? Или о постоянной готовности России к переговорам, когда цели СВО не достигнуты, постоянные заявления о добросовестных поставщиках, коими мы остаемся всегда? Что происходит, почему нет единой генеральной линии, когда все заедино? Запад видит эту неуверенность и продолжает вбивать клинья в российскую элиту. Что нам выгодно сегодня — продать нефть или победить в войне? Ответ весьма очевиден, только на подпевках и подтанцовках у США Россия ходить не будет. Никогда. Как и у ЕС. Конечно, нельзя так ставить вопрос: нефть или победа, но, возможно, именно так и нужно, хотя бы раз поставить вопрос, иначе какие же мы русские и православные? Иран может, а мы — великая Россия, не можем? Иран не боится, а мы?
Из послания Апостола Павла Фессалоникийцам: «когда будут говорить: «мир и безопасность», тогда внезапно постигнет их пагуба» (5-3). Это же о нас, ныне живущих, «о властех и воинстве ея». Какой мир и безопасность, если цели не достигнуты, если враг в лице киевской хунты бродит, словно призрак войны по всей Европе, по всему миру, даже предлагает свои услуги в войне против Ирана? Какой мир и безопасность, если Россия подавлена и под контролем, как это было в 90-х годах прошлого века? Мир и безопасность — это отсутствие агрессии, это признание права на свой суверенитет. Давайте, спросите о праве других на свой суверенитет, на свою субъектность в мире у Израиля, ЕС и США. Что же они ответят? Просто назовут вопрошающего недоумком и покрутят у виска. Есть только один суверенитет для них, это право сильного указывать слабому, как ему жить и кому продавать свою продукцию обязательно за американский доллар. Вот и весь суверенитет. Но почему этот суверенитет сильного стал возможен в современном мире, где сплошь и рядом республиканская форма правления, за исключением нескольких монархий? Только потому, что другие нации испугались сильного, не выдвинули вперед единоличного лидера, который может, как герой Высоцкого утверждать: «Я сказал» и точка. Почему в армии нет никакого коллективного управления, а во власти есть? Все понимают, что побеждают личности, а не коллектив, наподобие Военного совета армии. Мы помним Жукова, Рокоссовского, Конева и других, но не помним имен членов Военного совета фронта.
Во власти, где на кону судьба миллионов и государственности почему иначе? Мы же все по отношению к России на службе, разве не так? Отличие республиканского строя от монархического в демократии, но разве в РИ не было земских соборов, не было ГД РИ, не было сената и Государственного Совета? Все было, но над всем стояла фигура Царя — Верховного Главнокомандующего. Очень хочется надеяться, что в современной России слово президента В.В.Путина весит больше, чем коллективный Совет Безопасности. В.Володин, когда произносил свою формулу о В.В.Путине и России понимал, что говорит? Следовательно, патернализм российской власти существует и решающее слово за Верховным Главнокомандующим, а не за голосованием СБ, за голосованием в ГД РФ и СФ? Это же крайне важно понимать. В Белоруссии такой патернализм власти есть и мы это видим. А у нас? Не репрессии отличают патернализм от коллективного управления страной и обществом, а последовательность действий, достижение поставленной цели, планирование будущего и ответственность первого лица, не перекладываемую на исполнителей. Ответственность каждого губернатора есть или только ответственность заместителей? Это очень важно, так как формула власти из центра всегда распространяется в обязательном порядке на места. Если есть, то почему до сих пор нет генерал-губернатора, которому подчиняются силовые подразделения на местах? И почему ЦБ РФ ходит мимо государственных задач? Конституция позволяет? Но Конституция не выше России, она ее инструмент, не более. Есть только Россия и Бог, есть только русский народ и тысячелетняя цивилизация, а все, что иное — от лукавого.
Закончить же данную статью хочется словами великого русского писателя Н.В.Гоголя, сказанными им в переписке в далеком 1847 году:
Нет, если вы действительно полюбите Россию, у вас пропадет тогда сама собой та близорукая мысль, которая зародилась теперь у многих честных и даже весьма умных людей, то есть, будто в теперешнее время они уже ничего не могут сделать для России и будто они ей уже не нужны совсем; напротив, тогда только во всей силе вы почувствуете, что любовь всемогуща и что с ней возможно все сделать. Нет, если вы действительно полюбите Россию, вы будете рваться служить ей.
Никакие неурядицы не смогли изменить наш народ, нашу веру, наше желание служить России — мы все еще те, что и в Отечественную войну 1914, в Великую Отечественную войну 1941-1945. В нас все еще живет вера, надежда и любовь, которая все покрывает своей преданностью. Будем жить и служить, каждый на своем месте. Хорошо или плохо — судить Богу, а не нам.
