Оказывается, утильсбор повышается по просьбе «Ассоциации автопроизводителей России». Более того, на сайте Минпромторга черным по белому сказано:
Предлагается сохранить льготные коэффициенты на самые востребованные категории транспортных средств мощностью до 160 лошадиных сил (3,4 тыс. рублей за новый автомобиль и 5,2 тыс. рублей за автомобиль старше 3-х лет). Согласно данным оператора системы электронных паспортов, такие транспортные средства составляют около 88% от общего объёма автопарка, впервые зарегистрированного в России за последние пять лет. Эта тенденция актуальна и для регионов ДФО – более 95% импортированных в прошлом году автомобилей с правым рулём – это модели мощностью до 160 л.с., подпадающие под действие льготного коэффициента с учётом предложенных изменений.
Итак, на фоне снижения поставок и покупок автомобилей китайского производства открывается доступ на российский рынок японского покупателя, продающего свои трех-пятилетние автомобили по цене нового китайского автомобиля. Увеличивается маржа тех, кто привозит в Россию японские подержанные автомобили. Интересная складывается картина: вначале подняли ключ Центробанка и заморозили рынок продаж, а теперь вводят заградительные пошлины с целью увеличения продаж японских подержанных автомобилей. Что лучше, б/у из Японии или новый автомобиль из Китая, созданный на японских технологиях? Ответ весьма очевиден. Но возникает следующий вопрос: мы расширяем торговлю с Китаем и Индией или одновременно вводим заградительные пошлины на их товары, душим своих собственных производителей ради банальной покупки того, что произведено не у нас? 90-е снова вернулись? Однако даже в этом вопросе есть подвох с падением покупательной способности населения.
Для кого вводят заградительные пошлины, если спрос падает, каким образом наполняется бюджет страны, если спрос еще упадет? Понятно, что премиум-автомобили не делают погоды в экономике страны, но те, кто уже пересел на качественные автомобили западного производства не вернутся к продукции АвтоВАЗа, которая так же становится малодоступной нашему покупателю. Запреты не коснуться автомобилей из эконом-сегмента для простого потребителя, не обремененного тугим кошельком — так объясняют. Но для чего все эти запреты, кто от этого выигрывает? Наполнить бюджет можно только одним — увеличением добавочной стоимости, которая появляется вместе с увеличением производительности труда и заработной платы, но создание таких преференций требует капитальных вложений, долговременных инвестиций в производство, в новые мощности, в расширение площадей и закупку нового оборудования, чего нельзя сделать из-за высоких ставок ЦБ РФ. Экономика уже провалилась в четыре раза, следом падают заработные платы, остановился рынок жилья, упал фондовый рынок в виду высоких ставок по депозитам, а дальше будет рецессия, даже если ЦБ против. Какой уж тут утильсбор — продукцию АвтоВАЗа бы продать по льготным ценам, как и других автопроизводителей, которые, внезапно, обратились в Минпромторг за повышением утильсбора. Что вообще происходит?
Погоня за прибылью и больше ничего. Нет интересов народа, нет интересов обычного, малого и среднего бизнеса, нет вообще интересов России. Там, где-то далеко на макроэкономическом или макрополитическом уровне эти интересы есть — нужно соответствовать мировой системе разделения финансов, труда, собственности и ограниченной всякими МВФ, ВТО, ВОЗ и СБ ООН, прочими зонтичными конструкциями, в рамках которых можно творить весьма печальные вещи. Чем, собственно, Запад и занят. Глас из Телеграма:
Глобалисты, Трамписты, МАГА — хрень это все. Происходящее в мире — всего лишь капитализм в высшей его форме. Ему нужно расширяться и ему нужно растущее потребление. Некуда расширяться — завезем беженцев. У них нет средств на потребление? Напечатаем денег и через разные механизмы и проекты вольем их в экономику, а они пусть потребляют, а капитал — развивается. Дутые деньги образовывают дыры, которые надо покрыть? Устроим войну, разграбим что-нибудь, а капитал развивается.
Высшая форма капитализма — империализм, но это было раньше, сегодня уже империализм приобретает аморфные формы, способные встроиться в любой проект, в любую систему. Это еще лет тридцать назад мировое управление глобализма представлялось в виде некоего круглого стола, Бильдербергского клуба, Римского клуба, Совета по международным отношениям, французского Сайнс По, швейцарского Монт Перелин и прочих парамасонских учебных и элитных объединений, где готовят будущих политиков и экономистов. Разве все эти «череп и кости», а также прочие греческие буквы в названии студенческих братств, где постоянно отирались представители ЦРУ и высшей элиты, не готовили будущих властителей душ? Даже в России принцип мондиализма во внешней политике нашел свое отражение в создании системы евразийства, как отказа от своих национальных интересов, своего собственного позиционирования, как русской, православной Державы. Отсюда повесточка «многонационального и многоконфессионального» — универсального государства для всех. Но обратите внимание на то, как верно расставлены акценты в приведенной выше цитате: нужно вытащить мигрантов из беднейших стран, из нищих кишлаков, наделить их работой, деньгами, что бы они то же включились в потребление — всем же хорошо, не так ли? Русскому народу плохо — потерпит, дело ведь важное, речь идет о прибыли, большой прибыли.
Опять же, старение и вымирание населения христианских стран, а здесь такой прогресс в молодом, активном и работящем населении, пусть нищих кишлаков, со своим средневековым укладом, но восполнять рабочую силу нужно, заменяя белых воротничков синими. Мигранты привозят семьи и потребляют, создают рабочие места, правда уходят исключительно в сферу обслуживания из производственных и строительных процессов — неважно, завезем новые партии молодых мужчин из других нищих регионов. Речь не о дружбонародности, а о том, как извлечь выгоду в долговременном процессе, с начала 2000-х все извлекают выгоду, все стараются вытянуть экономику спроса. Нет экономики предложения — она сегодня никому не нужна — так долго больше не планируют, не мыслят, не создают инвестиций. Нужно здесь и сейчас. Раньше мы были уверены, что на Западе не идиоты, не живут одним днем, как в России крупный, олигархический бизнес. Как бы не так — все изменилось, деньги на фондовых рынках в огромной игре мирового казино, но не в промышленности, не в инновациях. Для того, что бы появился новый продукт придумали блокчейн и биткоин — Nvidia нарастила капитализацию до размеров ВВП Японии, а теперь превзошла Германию.
Была климатическая повестка — были зеленые технологии, которые приносили большие деньги, закончилась повесточка, иссяк ручеек прибыли — появился ИИ. Как же прекрасно: огромные хранилища данных, опотоволокно по всему миру, невероятных размеров серверные, потребление электроэнергии и снова продажа, теперь уже новых алгоритмов. Завтра придумают что-нибудь еще — будьте покойны. А, что же в России? В России война, в России вывоз сырья и завоз продуктов иностранных государств. Только подумайте — ЗВР вместе с ФНБ составляют вместе больше 60 трлн рублей и этих денег нет в экономике. Они в золоте, в иностранных валютах и в акциях. Только Запад сменился на Восток и на Азию. Зачем давать деньги в экономику России, где большая инфляция и перегрев? Нужно заморозить милитаристский рывок первых двух лет войны и перейти к 1% росту, в пределах статистической погрешности. Что бы все, как у других, как у мондиалистского клуба G7. Мы разве хуже? Торгуем тем, чего у нас в изобилии, завозим то, что нужно. Чубайс ликует — он оказался прав. А народ, по-Грефу должен содержаться в темноте неведения, иначе как же им можно будет управлять, если он вдруг постигнет процесс манипуляции? Никак невозможно.
Экономика в массе своей — это не точная наука, а социология, но в России все иначе, в нашей стране то, что однажды было принято, как принцип, как правила развития — это истина в последней инстанции. Не нужно вторгаться в то, что хорошо работает. Отлично, прекрасно, но тогда как объяснить неожиданные скачки девальвации рубля в 1998 году, в 2014, в 2022 году? Кому это было нужно, кто получил выгоду от этого процесса? Еще один аспект, сегодня армия России составляет 1,5 млн человек, из них 700 тысяч на фронте, еще 3,8 млн человек задействовано в ВПК — об этом сообщил Глава Минпромторга Алиханов. Это люди с высокой заработной платой и они должны потреблять товары и услуги выше, чем в среднем по стране, но против них сыграл высокий ключ, поднявший ставки по ипотеке, по кредитам на такую высоту, что расширять свое потребление эти сословия служилых людей не могут, следовательно, они отнесли деньги в банки на депозиты, что бы сохранить их от инфляции и дождаться лучших времен. Вообще сегодня очень многие ждут лучших времен (помним о том, что экономика — это социология). И что же составляет их надежды? То, что все вернется в прошлое, когда кредиты были удобоваримые и курс доллара примерно понятен и не печален. Вуаля, они соединились с нашей, во многом прозападной элитой.
Кто же в проигрыше? Все мы, кто жил единством нации, кто верил в победу, кто молился за парней на фронте и собирал по копеечке для наших героев СВО. Элита уже победила, ведь самые простые, обыкновенные люди хотят стабильности, но такой, которая выгодна их кошельку, их семьям, будущему их детей — наших детей, что завтра наполнят Россию от края и до края. Какое наследство мы им оставляем? Хочется, что бы это наследство было хорошим, предсказуемым, стабильным, но наша встроенность в мировую мондиалистскую систему и сохраняемую даже вопреки Конституции образца 2020 года, мешает этому стабильному будущему. Весь мир не видит и не хочет видеть дальше собственного носа — и мы не хотим. Весь мир расширяет капитализм, как глобальную империю денег и финансистов, и мы расширяем. Ничего иного не создается, хотя и констатируется факт об уменьшении доллара во внешней торговле. Предположим, но где валютные свопы, где клининговые центры? Их нет, следовательно, вся мировая торговля, как была в долларах, так там и остается. Мы даже свой ВВП до сих пор меряем в долларах, когда говорим о месте в мировой табели о рангах. Это все, что нужно знать о российской экономической науке — социологии.
